СЕРИАЛЫ АРГЕНТИНА БРАЗИЛИЯ

Мой любимый старший "брат"

МЯТЕЖНЫЙ ДУХ



 

Пролог

Уважаемые пассажиры, просим всех вас пристегнуть ремни. Мы идём на посадку.

Через полчаса вся чета Эредиа и Рей топтались возле ленты для получения багажа. Все, кроме Мариссы, были измотаны изнурительным длительным перелётом с пересадками. И если до Парижа Соня с девушкой Бласа летели в радостных ожиданиях и предвкушении шопинга, то оттуда до Берлина ликовала лишь одна Спиритто. Девушка весь полет изучала местные достопримечательности, особенности кухни и нецензурные выражения в интернете. А, когда самолёт коснулся земли, первая выскочила на свободу, растолкав всех кого только было можно. 
- Ну, где же они? – навернув очередной круг вокруг Матео, она взглянула на конвейер – я же говорила, что не надо было брать этих двух клуш! Они и так весь свой гардероб с собой захватили, так ещё накупили новых тряпок.
- Марисса – отец Бласа улыбнулся – мы всё равно сегодня уже не успеваем заехать в колледж. Пока заселимся в гостинице, пока немного передохнём.
- Сдался мне ваш колледж. Я хочу в зоопарк. В зоо-парк! 
- Дочка! – окликнула девушку Соня – неужели ты совсем не соскучилась по Бласу?
- По-моему, она соскучилась по хорошей трёпке… - тихо прошептала Виктория, беря с ленты свой небольшой чемодан, который, наконец, приехал.
- А ну повтори, что ты сказала! – Спиритто бросилась на девушку, но её поймал Эредиа старший.

Как же медленно может тянуться время, если ты занят чем-то неинтересным. Да, он ждал этого места на факультете несколько лет, но занятия по истории музыки просто вводили в транс. От монотонного голоса преподавателя все засыпали минут через двадцать, но всё это удручалось ещё тем, что мужчина как маятник бродил из стороны в сторону по классу. Вздрогнув, Блас вырвал своё сознание из цепких пут наступающего сна и уставился на доску, которая уже была исписана мелким почерком. Быстро перекатав это всё в тетрадь, он бросил взгляд на часы и еле удержался от стона – с начала урока прошёл всего лишь час. 
- Кроля! Кроляааа
Раздался сзади тихий шепот нового товарища, который нарушал монотонное вещание преподавателя. Почувствовав на себе пристальные взгляды почти всего класса, Эредиа сделал вид, что ничего не слышит и принялся вырисовывать в тетради витиеватые узоры, мысленно проклиная свою бывшую девушку. Джулиан, с которым жил молодой человек в одной комнате, был весёлым и забавным пареньком, который веселил всех и вся кто только попадался у него на пути. И ему хватило одного единственного раза, чтобы снова дать жизнь этому скверному слову. И пусть Блас нагло соврал с три короба о значении этого прозвища, но каждый раз слыша его, всё равно вздрагивал, ни то в поисках блондинки, ни то от омерзения. 
Когда попытки докричаться до молодого человека прекратились, он с облегчением вздохнул. Но через несколько минут в затылок что-то прилетело и упало на пол с глухим звоном. Но учитель даже не взглянул в их сторону и продолжил свой монолог. Обернувшись к товарищу, Блас грозно посмотрел на него, а затем поднял комок бумаги с пола. Развернув его, он пробежался глазами по строчкам и подавился слюной от такого наглого предложения.

- Девочки, хватит! – Соня сидела на заднем сидении такси, разделяя две воинственные стороны, и пыталась сдерживать руки дочери, которые тянулись к другой девушке – Марисса, хватит! Мне уже дурно от ваших перепалок. Дайте мне хотя бы десять минут тишины.
- А что я получу за это взамен? – хмыкнув, рыжеволосая всё-таки дотянулась до длинных волос соперницы и дернула их на себя.
В салоне автомобиля сразу же раздался крик и Виктория, которая до этого старалась не реагировать на выходки Спиритто, тоже пошла в атаку. Шофер, взглянув на это в зеркало заднего вида, лишь тяжело вздохнул.
- Хватит! – раздался грозный рык Матео, и в салоне сразу же воцарилась тишина – если вы сейчас же не замолчите, то я прикажу высадить вас здесь!
- Ладно, ладно – буркнув себе под нос, Марисса покрепче прижала к груди большую спортивную сумку со своими вещами, которая просто не влезла в багажник из-за вещей любимой матушки и глупой курицы Эредиа младшего.
«Nach 10 m links» (через 10 метров поверните налево) – раздался электронный голос навигатора, нарушая тишину в машине.

- Эредиа, проходите. Присаживайтесь.
Голос директора звучал не так как обычно. Аккуратно ступая по надраенному паркету, молодой человек прошёл к креслу и сел. От самого выхода из кабинета, в его голове судорожно метались догадки, почему же его вызвали. Ведь на новом месте он старался особо не высовываться, да и немного утихомирил свой пыл. Но мельком глянув на директора, он понял, что что-то всё-таки произошло. Женщина выглядела встревоженной и сидела как на иголках.
- Блас – встав со своего стула, она села в кресло напротив – мне нужно тебе кое-что сообщить…
- Да, фрау Леманн? – в душе закралась необъяснимая тревога.
- Блас… - вздохнув, женщина внимательно посмотрела на своего студента – только не пугайся. Твои родители ведь должны были прилететь сегодня?
- Ну…да – ничего не понимая, Эредиа кивнул, ведь отец уже прислал сообщение о том, что они благополучно долетели и едут в гостиницу ещё часа два назад.
- В общем… Я не особо умею сообщать такие известия, да и в институте такому не учат. Блас, мне только что звонили из больницы. Произошла авария: водитель, мужчина и девушка погибли сразу, а две остальные находятся в тяжелом состоянии. В их вещах были найдены документы, билеты, договор на бронирование номеров в отеле…
Замерев в какой-то момент, парень перестал слушать, что ему говорят. Вытянувшись как перетянутая струна, он попытался пошевелиться, но не смог. Тело онемело и перестало слушаться импульсов, которые посылал ему мозг. А перед глазами сразу же предстали образы родных людей. 
- Блас, смотри на меня! – вскочив с места, женщина схватила парня за руку, но через пару секунд его тело безвольно опустилось в кресло – Господи, Эредиа! Врача!

Глава 1

Чтобы понять, что он больше не спит, парню потребовалось достаточно много времени. Мутное сознание постоянно пыталось провалиться в глубокую и темную яму сна, а затем, неожиданно выпрыгивало оттуда, но продолжало выдавать непонятные картинки. И, прокрутив в очередной раз слова директора в голове, Блас осознал, что с каждым разом видоизменяет предложения. Вдохнув полной грудью, он закашлял, т.к. грудную клетку сдавило от боли. Перекатившись на живот, он замер, как раненый зверь, дожидаясь, пока боль утихнет, а затем разлепил веки. В комнате было темно из-за закрытых занавесок и казалось, что сейчас ещё глубокая ночь, но товарища уже не было, а будильник показывал почти полдень. Это же сколько он проспал, да ещё бы знать от чего. Неужели он всё-таки вчера согласился на это ужасное предложение с травкой и именно из-за этого были ужасные глюки? От напряженных раздумий глаза молодого человека медленно закрылись, и он вновь провалился в тревожный сон, который прекратился сразу же, как дверь в комнату мягко закрылась. Затем раздались тихие, крадущиеся шаги и звук выдвигающегося ящика. Приоткрыв один глаз, он увидел перед собой соседа, который капался в его тумбочке и пытался что-то найти. И если в обычной ситуации Эредиа уже давно бы набросился на него по крайней мере с недовольным бурчанием, то сейчас происходящее не вызывало никаких эмоций. Когда Джулиан, наконец, нашел то, что искал, он развернулся к парню, а затем схватился за сердце и повалился на свою кровать. 
- Живой! – с облегчением тихо выпалил он, но сосед на кровати не шевелился, а зрачки не двигались. Помахав перед его глазами рукой, парень убедился, что, похоже, здесь что-то не так. Встав, он медленно приблизился к товарищу и присел перед кроватью на корточки, а затем опустил голову, чтобы понять есть ли дыхание. Расслабившись от того, что новый друг всё-таки дышит, он уже хотел подняться на ноги, но вместо этого вскрикнул и повалился на пол – ты идиот!
Блас, немного съехав с подушки, крепко держал Джулиана за руку и молчал. Парень от этого находился в лёгком шоке, т.к. впервые видел своего товарища таким. Присев рядом с ним на кровать, он высвободил свою руку из мёртвой хватки.
- Дружище, ты как? – в голосе звучали нотки волнения – ничего не болит?
- Болит – прохрипел Блас ему в ответ, а грудь снова сдавило кольцо боли и стало сжиматься. Приподнявшись на локтях, он попытался вздохнуть, но в голову как будто чем-то ударили и он без сил упал на подушку. 
- Понятно… 
- И чего тебе понятно? – мгновенно разозлившись, Эредиа поднял взгляд и хотел ударить парня, но сил на это не было.
- Понятно то, что твоё падение вчера дало о себе знать. Ну-ка перевернись – схватив ничего не понимающего товарища, Джулиан помог ему перевернуться и оценивающе взглянул на огромный фиолетовый синяк, который красовался у него на груди, а затем даже присвистнул – я просто не думал, что ты такой тяжеловатый, вот и не удержал немного. Вообще, что вчера произошло? – голос молодого человека вдруг стал серьёзным – я уж думал, что ты меня сдал с травой, когда фрау вызвала к себе. А тут такая неожиданность! Эредиа собственной персоной без сознания в кресле директора, а вокруг него носятся две ошалелые бабы в белых халатах и что-то пытаются вколоть! А уж это твоё состояние овоща всё это время. Я даже спать побоялся, вдруг что-то произошло бы!
- Ты даже в такие моменты не перестаёшь шутить – собрав все оставшиеся силы, Блас вылез из кровати и понял, что ему всё это время так мешало – он был в джинсах. Вздохнув, он вспомнил Бустаманте, который бы точно это так не оставил, и вынул из шкафа полотенце.
- И куда ты направился? – Джулиан наблюдал за жалкими попытками парня удержаться на ногах.
- Спать дальше в кабинет директора – огрызнувшись, он направился к двери, но, запнулся об валявшиеся кеды, и приготовился к встрече с полом. Только вот её не произошло, а парня кто-то крепко держал.
- Тогда я с тобой, а то ты первый сосед, который мне понравился. Да и я обещал фрау присмотреть за тобой. 

Открыв дверцу душевой кабины, Эредиа с умилением глянул на Джулиана, который мирно посапывал у стенки, сторожа его. Видимо парень не соврал, когда говорил, что не спал всю ночь. Наспех вытеревшись и натянув вещи, молодой человек выскользнул из душа и вернулся в комнату. После холодной воды разум прояснился и возникло безумное ощущение того, что нужно что-то делать. Только что? Он ведь так и не дослушал речь директора и абсолютно не знал куда бежать, кому звонить, да и вообще правда ли это. Ведь сколько он знал таких случаев, когда полиция ошибалась. А ведь никаких. Он никогда подобного не слышал. Но ведь не может же такого быть! Его отец не мог погибнуть от какой-то простой аварии, когда пережил несколько покушений. Ударив от злости по дверце шкафа, Блас осмотрелся – черные джинсы и черный свитер. Он машинально оделся так, будто действительно случилась трагедия.
- Эй, кроля, ты от меня так просто не отделаешься! – позади раздался весёлый смех и хлопок двери – я теперь в ответе за твою жизнь. По крайней мере до того момента пока ты не придёшь в себя.
- А я в себе – сжав кулак, Эредиа уже приготовился врезать другу, но не успел. Его схватили за локоть и выволокли из комнаты, потащив в неизвестном направлении. Посмотрев на Джулиана, он позволил ему делать всё, что угодно, т.к. этот несносный гуляка пытался просто помочь и не был ни в чем виноват.

- Вот, держи!
Снова этот радостный голос, который уже начинал надоедать. А на стол приземлился поднос с тарелками. Потянувшись к тарелке с пирожным, Блас получил по руке и перед ним поставили огромное блюдо с макаронами и парой котлет. Поморщившись, он отодвинул еду и снова потянулся к пирожному, но Джулиан отодвинул его на другой конец стола.
- Э нет, чувак, давай ешь. Ещё не хватало мне тут голодных обмороков на практике. Или ты и её собрался проспать? Сам же знаешь, что потом будет. Этот зверь же тебя в порошок сотрет и заставит играть, пока ты себе все пальцы не переломаешь.
- Да мне плевать. 
- Ну, дружище! Я хоть и не знаю, что у тебя там произошло, но готов тебе помочь. И с удовольствием выслушаю твою историю, но только после того как ты поешь.
Вздохнув, молодой человек притянул к себе тарелку и вонзил вилку в котлету с такой силой, что раздался скрежет. Хоть еда и упорно не лезла, а изредка и намеревалась вернуться обратно, он продолжал жевать. Товарищ в это время веселил его какой-то очередной байкой о том, что произошло вчера, пока его не было на занятиях. С благодарностью посмотрев на него, Блас погрузился в свои мысли.
- Давай, за папу – перед глазами внезапно возникла вилка с макаронами – раз ты не хочешь есть сам, то так и быть я тебя накормлю. Открывай рот, я положу туда макарошки.
- А потом отправишься в ад!
- Сеньор Эредиа? – рядом со столиком раздался знакомый испанский язык и Блас, отодвинув вилку от лица, поднял голову. По телу резко прошёл озноб, а сердце как будто ухнуло в пятки. Не узнать этого человека он просто не мог – я попрошу вас следовать за мной.
- Да, конечно.
Послушно поднявшись на ноги, Блас уже хотел пойти за мужчиной, но почувствовал, что его схватили и просто впечатали в стул. Джулиан, нависнув над ним, крепко держал его за плечи.
- Ты ещё не доел! – в голосе парня звучала ярость, и парень удивлённо посмотрел на друга, хлопая глазами – куда ты собрался и кто это? Что вообще происходит?
- Quita tus manos de señor Heredia, por favor (уберите руки от сеньора Эредиа, пожалуйста) – мужчина положил руку на плечо товарища, а тот резко развернулся к нему.
- Sie sehen nicht, dass wir nicht gegessen haben? Und in der Regel nehmen Sie Ihre Hände von mir! (Вы не видите, что мы ещё не доели? И вообще, убери от меня свои руки!) – освободившись от нежеланных объятий, Джулиан встал в позу.
- Señor, no tenemos tiempo. Movimiento (Сеньор, нам некогда. Отойдите.)
- Hocker, Gras, Gangrän (табурет, трава, гангрена) – чуть ли не закричал парень и усмехнулся - Ich verstehe immer noch nicht ( я всё равно ничего не понимаю)
- Джулиааааан! – Блас поднялся на ноги – я всё тебе потом объясню. Обещаю. 
Когда на лице друга выразилось смирение, Эредиа кивнул мужчине и сделал пару шагов вперёд, но затем остановился. Вернувшись, он обнял Джулиана, ещё больше ошарашив этим парня, а затем выскочил из столовой.


Всю дорогу молодой человек молчал. Спрашивать о чём-то не хотелось, да и было не за чем. Окончательное осознание ситуации пришло ещё в тот момент, когда охранник заявился в столовую. Выйдя из машины, Блас увидел перед собой огромное здание больницы, от которого повеяло холодом. И, пытаясь проглотить ком, который застрял в горле, он двинулся за мужчиной. 
Огромные окна, которые были в больничных коридорах, впускали в здание слишком много света и, казалось, что ты идёшь по дороге, которая ведёт в рай. В нос ударял едкий запах всех возможных медикаментов, а особенно выделялся запах спирта около процедурного кабинета. Постоянно натыкаясь глазами на больных, парень осматривал их. Все они были не в лучшем виде – кто-то передвигался на инвалидном кресле, кто-то на костылях, а кто-то был просто залит в гипс как статуя для главной площади. Но через какое-то время и эти несчастные стали пропадать и в уши ударила тишина, которая просто оглушала. Пройдя ещё несколько шагов, Блас уже хотел было обрадоваться, услышав чей-то голос, но, прислушавшись, узнал его. 
- Доктор, я против всего этого! Вы хотя бы представляете, что будет с мальчиком, когда он это увидит? – переводчик не отставая от владельца голоса, переводил всё это – неужели не хватит того, что видел я?
- Извините, но таковы законы – пожав плечами, врач перекинулся ещё парой слов с переводчиком, а затем обернулся и кивнул стоящему рядом с ними молодому человеку.
- Мальчик мой – Серхио сразу же обнял Бласа – крепись. Я сам не поверил, когда мне вчера позвонили. Сразу же сорвался с совещания и сюда. Я не оставлю здесь тебя одного. Помогу…
- Идёмте – прервав излияния Бустаманте, Эредиа обратился к врачу.

Чем ближе они подходили к помещению, тем сильнее парня начинало трясти. Он мысленно спорил сам с собой: одна его часть кричала о том, что быть такого не может, а другая, тихо и без лишних эмоций убеждала в том, что никто не застрахован от несчастного случая. Войдя в комнату огромных размеров, молодой человек ощутил дикий холод. Действительно, всё вокруг напоминало огромный холодильник с небольшими ячейками. Только вот лежали в них отнюдь не продукты. Остановив паренька рядом с одним из ящиков, врач внимательно посмотрел на него, ожидая ответа. 
- Блас, если ты не готов, то не нужно – раздался над ухом тихий голос Серхио и Эредиа ощутил руки на своих плечах, которые держали его и заставили перестать дрожать.
Ощутив поддержку дяди, он всё-таки кивнул и врач, взявшись за ручку, выдвинул ящик из стены. Заглянув туда, он увидел белую простыню, которой было накрыто тело. Сглотнув, парень машинально потянулся к её краю, но врач остановил его и сам скинул ткань. Увидев тело, Блас резко зажал рот рукой, чтобы не закричать от боли, которая разлилась по всему телу и сдавливала каждый орган, мешая дышать. Но ничего не произошло. Голосовые связки сократились и подавили отчаянный вопль где-то в глубине. В ящике лежала молодая девушка с длинными черными волосами. Глаза её были открыты, но, что в них читалось, он так и не понял. Её красивое лицо с правильными чертами омрачал огромный шрам на лбу. Скользнув взглядом чуть ниже, парень едва устоял на ногах и из глаз покатились слёзы. На шее девушки красовалась огромная рваная рана, которая не скрывала того, что находится внутри. Ещё сильнее зажав рот рукой, молодой человек стиснул зубы и отошёл на пару шагов. Сердце бешено билось в груди и грозилось вот-вот выскочить, голова закружилась, а глаза начала застилать белая пелена. Опустив голову, он сделал пару медленных глубоких вздохов, чтобы нормализовать своё состояние.
- С вами всё хорошо? – откуда-то издалека, как будто не из этого мира, раздался голос врача и парень послушно кивнул – вы готовы продолжить?
- Скажи ему, что нет! – рявкнул тут же Бустаманте переводчику, но Блас что-то ответил врачу сиплым голосом на непонятном ему языке.
Выдвинув другой ящик, мужчина в белом халате почему-то медлил с дальнейшими действиями. Нахмурившись, он сдвинул брови и о чем-то задумался. А молодой человек послушно ожидал кары, словно преступник на суде, который совершил что-то ужасное. Слезы уже прекратились, сердцебиение пришло в норму и казалось, что ничего страшнее он больше не увидит. Наконец, врач потянулся к краю белого полотна и откинул его. 
Первое, что ощутил Блас, это то, как в его плечи кто-то крепко вцепился. А дальше его всего охватил ужас. Ни в силах пошевелиться, он всматривался в тело, пытаясь опровергнуть доводы разума, пытался убедить себя в том, что этот человек ему не знаком, но все приметы говорили об обратном – это действительно был его отец. Только говорило об этом телосложение мужчины и татуировка дракона на левой руке. Ещё раз, взглянув на лицо, парень прикусил губу с такой силой, что сразу же почувствовал солоноватый вкус крови. Шея была сломана и голова лежала в неестественном состоянии, а вместо лица было одно сплошное месиво синеватого цвета, которое совмещалось с запёкшимися кусками крови. 
- Отец! – тихо позвал он и закрыл глаза в ожидании того, что это всё шутка, а затем бросился вперёд. Не ожидав такого, Серхио выпустил парня из рук, а он рухнул на колени перед ящиком – папа. Папа! Нет… Папа…
Теперь даже с закрытыми глазами он видел всё это. Крепко зажав руками стенку стального ящика, Блас пытался остановить этот поток слёз, который накрыл, словно огромная волна. В ушах шумело, тело сотрясала дрожь, а в горле снова встал ком, который не давал нормально дышать. Не сопротивляясь, он позволил себя поднять и даже не соизволил открыть глаза. От увиденного только что хотелось громко выть, проклинать судьбу, а ещё лучше поменяться местами, но вместо этого он безвольно рыдал в объятьях Серхио, который гладил парня по голове. Врач тем временем уже задвинул ящик обратно в стену и держал в руках пузырёк с нашатырём, который до этого лежал у него в кармане.
Когда дышать стало совсем тяжело, парень почувствовал лёгкую тошноту, которая становилась всё сильнее и сильнее. Вытянув руки вперёд, он оторвался от Бустаманте и сделал несколько шагов в сторону, рухнул на колени, а чувство тошноты взяло верх. Когда рвотные позывы прекратились, он смог, наконец, вдохнуть полной грудью, а затем сглотнул слюну и поморщился от неприятного вкуса. В это же время в работу включись все органы чувств, которые на несколько мгновений выпали из реальности. Серхио, надрываясь изо всех сил, орал на врача, а врач отвечал ему, но тихо и спокойно, от чего переводчик еле успевал переводить с одного языка на другой. Тут кто-то коснулся его руки и молодой человек приподнял голову. Рядом с ним на корточках сидела молодая девушка в белом костюме и взволнованно смотрела на него, а потом помогла подняться. 
- Дальше – сиплый голос Эредиа заставил спорщиков замолчать.
- Вы точно в этом уверены? – на лице врача промелькнула нотка недоумения и он взглянул на Серхио, которому уже всё успели перевести.
- Я сказал да.
- Хорошо, тогда закончим процедуру опознания.
Выдвинув очередной ящик из стены, мужчина отодвинул накидку. Стараясь не всматриваться, Блас увидел Соню, которая казалось даже сейчас, после смерти, переживает за него. И кивнув в очередной раз, он развернулся и направился к выходу.

Распахнув больничные двери, парень вырвался на свободу. Теперь эти проклятые стены больше не давили, а глоток свежего воздуха оказался спасительным средством, возврату к жизни. Оперевшись спиной о ствол дерева, он вынул из кармана пачку, где оставалась последняя сигарета и подкурил. Втянутый дым тут же обжег горло и смешался с противным привкусом, который до сих пор оставался во рту. 
- Блас – перед глазами возник Бустаманте, который встревожено смотрел на молодого человека – как ты? 
- Отлично – на лице даже появилась едкая ухмылка – отвезите меня туда, откуда забрали.
- А ты не хочешь навестить Мариссу? Врачи говорят, что она ещё не пришла в сознание, но её состояние в норме. Она действительно родилась в рубашке. Такая авария, а травмы совсем незначительные…
- Я же сказал, что нет! Отвезите меня обратно в общежитие.
- Хорошо, только не волнуйся. 

Вернувшись обратно в свою комнату, Блас первым делом перевернул весь стол. Порывистыми движениями он открывал каждый ящик и выкидывал оттуда всё, что можно в поисках сигарет, но заначка так нигде и не обнаружилась. Выходить из здания абсолютно не хотелось, да ещё и соседа не было в комнате. Немного помедлив, он всё-таки подошёл к столу Джулиана и открыл верхний ящик. Парень был уверен, что его поймут, да и от пары сигарет, которые он возьмет, ничего не убудет. Нащупав в самом конце ящика под тетрадями пачку, он вынул её и внимательно окинул взглядом – марка была ему не знакома. Но выбирать в этом случае не приходилось. Вынув сигарету, он бросил пачку на стол, а затем открыл дрожащими руками окно. Затянувшись, Эредиа почувствовал во рту непривычный привкус, который напоминал полынь или что-то в этом роде, а затем выпустил дым изо рта. Что это была за дрянь он не представлял, а через пару глубоких затяжек и вовсе выкинул сигарету в окно. 
Устало забравшись на кровать с ногами, парень облокотился спиной о стену и закрыл глаза. Эмоции, а уж тем более чувства отсутствовали напрочь, как в прочем и силы. Организм, видимо, после всего пережитого за день решил включить все защитные механизмы и выстроить перед собой большую непробиваемую раковину, в которую никто не сможет влезть. Мысленно представив всё это сооружение, и, даже разложив в нём вещи, Блас неожиданно даже для самого себя начал смеяться. И этот тихий смех постепенно перешёл в истерику. Судорожно ловя ртом воздух в перерывах между истерическими припадками, он согнулся пополам, а затем снова затрясся от смеха. На душе вдруг стало светло, а телу кто-то начал возвращать былую энергию, которая постепенно возвращалась обратно. Не удержав равновесие от очередного прилива смеха, молодой человек повалился на бок и перед его глазами предстал большой белый пушистый кролик, который сидел на полу и, моргая, смотрел на него. Хохотнув в последний раз, Эредиа потянулся к зверьку, а тот в ответ подпрыгнул к его руке и коснулся пальцев мокрым носом.
- Ну и откуда ты тут, зверюга? – парень встал с кровати и взял животное на руки.

Освободившись после занятий, Джулиан уже почти подходил к своей комнате. Всю практику он думал о своём новоиспеченном товарище, который за эти пару месяцев стал для него очень даже близким другом. Отворив дверь, он увидел Эредиа, сидящим на кровати, с глупой улыбкой на лице и, совершающим какие-то манипуляции руками в воздухе. Затем Блас поднял на него голову и улыбнулся, а затем вытянул руки вперёд.
- Смотри, какой кролик! – заявление парня застало Мюллера в тупик, и он медленно двинулся к другу.
- Блас, с тобой всё хорошо?
- Ага – только туповатая улыбочка на лице говорила об обратном – смотри какой кролик.
Улыбнувшись, молодой человек решил не мучить бедное животное, держа его на весу, а затем снова прижал его к себе.
- Кто только посмел выкинуть его на… 
Но Блас оборвал своё предложение на середине. В очередной раз, пытаясь погладить ушастое животное, он не обнаружил его у себя на руках. Быстро осмотрев себя, кровать, а затем и комнату он впал в оцепенение. Куда могло деться мирное зверьё, которое он только что держал у себя на руках? Переведя испуганный взгляд на товарища, он почувствовал, что к глазам снова подступают слёзы. 
- Блас – Джулиан позвал друга, поняв, что происходит, т.к. заметил свою пачку сигарет на столе – успокойся, мы его найдём. 
Но дальнейшей реакции он совсем никак не ожидал. Прижав ладони к лицу, Эредиа затрясся в беззвучном рыдании. И дело здесь, видимо, было явно не в кролике. 
- Todo sera bien (всё будет хорошо) – тихо пробормотал он выученную во время занятия фразу на ломанном испанском, и обнял друга, сев рядом с ним на кровать. 

Глава 2

- Тереза, мне всё равно, что ты будешь делать, но всё должно быть готово к моему приезду!
Серхио размеренными шагами изучал свой номер в гостинице. Уже какой день всё складывалось явно не в пользу мужчины, а он к этому не привык. Да ещё эти трудности с опекой, похоронами.
- Но, сеньор Бустаманте, для этого нужен прямой рейс из Берлина в Аргентину. И лучше, чтоб это было на государственном самолете. Я боюсь, что совет… - робко раздалось на другом конце трубки.
- Я твой совет и даже государство! – рявкнул мужчина – делай, что хочешь, но тела должны быть перевезены к моему приезду и без лишнего шума. И так вся желтая пресса просто пестрит заголовками о… Даже не представляю как теперь дети будут за это расплачиваться.
- Сеньор, я всё сделаю. Вы только не переживайте…
- А я и не переживаю, потому что если ты этого не сделаешь, то я тебя уволю. 
Закончив на этом разговор, он сел на кровать и стал обдумывать ситуацию. Если с перевозом тел всё было более или менее понятно, т.к. погибшие были гражданами Аргентины, то их в любом случае должны были доставить на родину. Но вот, что теперь делать с детьми? Нет, оставить Бласа одного и сломать мальчику всю жизнь мужчина не мог, т.к. они были лучшими друзьями с его отцом. И это просто был его долг, потому что Матео на его месте сделал бы тоже самое. Но вот, что делать с этой девчонкой? Ведь свадьба так и не состоялась и получается, что она здесь просто как запасное колесо, но не к нужному автомобилю. А дозвониться до Спиритто у Бустаманте так до сих пор и не получилось, потому что он, видите ли, был в отпуске. 


Такси медленно продвигалось по небольшим улочкам Берлина. Восстановив тишину в салоне, девушка просто прилипла носом к окну и во все глаза рассматривала необычные дома, которые были ни как дома, людей, которые были абсолютно не похожи на тех, что ходили дома, да и одевались даже не так. Всё было ново и в радость. Хотелось просто выйти из машины и слиться с толпой, рассмотреть всё получше, а может быть даже налететь на кого-нибудь неожиданно и начать дико извиняться на непонятном для них языке. Когда навигатор в очередной раз пропищал что-то своим противным голосом, машина остановилась на перекрестке в ожидании зеленого сигнала светофора. Уставившись на стоящую рядом спортивную машину, она даже не поняла, что произошло. Вдруг просто резко откинуло в бок, а сумка, которая стояла на коленях, больно сдавила грудь. Да ещё при этом дико болела голова. Всё как в самом качественном ночном кошмаре.
- Соня.
Хриплым голосом позвала мать Марисса и хотела потянуться, но левая рука почему-то не поддавалась. Поэтому девушка открыла глаза, которые на несколько секунд ослепли от яркого света. Небольшая белая комната с маленьким столиком и тумбочкой рядом с кроватью, а в руке торчит какой-то непонятный шнур. При ближайшем рассмотрении этот шнур оказался капельницей, которая явно не могла присутствовать в гостинице. Но если она не там, то получается, что и сон мог оказаться реальностью. Паника, которая сразу же охватила всё существо, требовала хоть какой-нибудь информации. Поэтому, вытащив иглу из вены, Спиритто села на кровать. Занятие это оказалось не из лёгких – всё тело жутко болело, да и сил совсем не было. Немного отдохнув, она поднялась на ноги, держась за палку от капельницы, и хотела выйти из комнаты, но дверь в палату резко открылась и вбежала женщина в белом халате.
- Was tun Sie? Sie kann nicht aufstehen! (Что вы делаете? Вам нельзя вставать!) 
Звонкий голос резко ударил по барабанным перепонкам, и Марисса от этого стала терять равновесие. Но женщина, ловко подхватив её, помогла вернуться и уложила в кровать. Вернув капельницу на своё законное место, она подключила обратно пару датчиков, которые девушка не заметила и смахнула с себя пока вставала. 
- Wie fühlen Sie sich? Haben Sie Schmerzen? (Как вы себя чувствуете? У вас что-нибудь болит?)
Взгляд женщины просто поставил в тупик, а ещё этот непонятный язык. Немного тряхнув головой, Спиритто схватилась за висок, который пронзила острая боль и нащупала там какую-то повязку. Страх, который ещё несколько минут назад просто зарождался в душе, уже сосал под ложечкой. Неужели это действительно был не сон?
- Где Соня? Где все? Что происходит? – голос предательски задрожал, выдавая душевное волнение.
- Mädchen zu beruhigen. Sie müssen gehen, um sich zu entspannen (Девушка, успокойтесь. Ложитесь, вам нужно отдохнуть) – сестра уложила девушку обратно, у которой из глаз уже вовсю текли слезы.
- Да где все? Вы издеваетесь что ли надо мной? 
От всей этой неразберихи, Марисса уже перешла на крик. Сейчас казалось, что так её точно должны понять. Попутно утирая слезы, которые катились из глаз, она снова потянулась к штырю от капельницы, но её крепко взяли за руку, а затем дверь в палату открылась и зашла молоденькая девушка в белом халате. Перекинувшись парой слов, девушка удалилась, а через пару секунд вернулась с какими-то непонятными пузырьками в руках. Пока она набирала один из них в шприц, Марисса попыталась вырваться из рук женщины, но у неё это не получилось.
- Отойдите от меня! Я подам в суд! Вы не имеете право! 
Залепетала она, когда девушка подошла со шприцом в руке, но, похоже, Спиритто здесь слушать не желали. Активно задергавшись, как уж на сковородке, она попыталась не дать вколоть себе непонятно что, но потом почувствовала укол в плечо, по которому сразу же стало расходиться приятное тепло. Страх, который до этого главенствовал, стал потихоньку отходить, а во всём теле появилась приятная усталость.
- Что вы со мной сделали? 
Голос показался каким-то чужим и звучал как будто откуда-то издалека. Опустив голову на подушку, Марисса активно боролась с закрывающимися веками, но приходящий сон брал над ней верх. Когда бороться с ним сил уже не было, она медленно закрыла глаза, запомнив эти ехидные улыбки, которые были на лицах, стоящих рядом женщин.

Неделя пролетела на удивление незаметно быстро. Только открывая глаза, Марисса понимала, что через час другой солнце начнёт уже садиться обратно за горизонт, если оно вообще появлялось на небе. Обычно долгий, но неспокойный сон девушки сопровождал грохот дождя, который лился постоянно. Она уже успела изучить всех врачей и мед.сестёр, который приходили к ней и давали какие-то лекарства, либо просто молча осматривали. Разговаривать с ними было бесполезно – никто из них не разговаривал по-испански, а по-английски она сама не могла сказать ни слова. Лишь в первый день своего пребывания она слышала здесь свой родной язык, когда приходил психиатр. Этот невысокий, седой, но подтянутый старичок задал пару вопросов, а потом ушел, даже не попрощавшись. В те часы, которые девушка проводила в одиноком бодрствовании, она листала журналы, которые ей приносили так же молча, либо просто рассматривала большое дерево, которое находилось прямо перед её окном. Через пару дней, когда силы начали возвращаться, она первым делом направилась к окну, чтобы узнать, что же находится там. Прямо под её окнами находился небольшой больничный парк, где гуляли пациенты больницы. 
На седьмой день пребывания Спиритто в этом заколдованном царстве в дверь неожиданно постучали. Удивившись этому, она разрешила неизвестному войти. Когда человек предстал перед её взором, девушка даже не нашла, что сказать. Удивление было настолько сильным, что даже перебивало действие успокоительных, которыми её пичкали. И волшебные пилюли до того момента даже очень хорошо справлялись со своими обязанностями. Мужчина тем временем прошёл её к кровати, обнял Мариссу, от чего та даже немного приоткрыла рот, а затем сел на стул рядом с её кроватью.
- Добрый день – было видно, что посетитель тоже был немного не в своей тарелке от происходящего – Марисса, ты, наверное, сильно удивлена моим присутствием здесь. 
- Пожалуй – рыжеволосая пристально рассматривала Бустаманте старшего, который сидел перед ней.
- Мне очень жаль, что произошло такое. Соболезную тебе. Твоя мама была прекрасным человеком…
- Я и без вас это знаю. Зачем вы здесь? – видеть перед собой этого человека особо не хотелось, а уж тем более слушать его наигранные эмоциональные излияния – по-моему, вы сейчас должны утешать Эредиа, а никак не меня.
- Ты тоже стала частью этой семьи, поэтому я здесь. Я пришёл сказать, что ты можешь во всём рассчитывать на меня. Твоё лечение полностью оплачено, за тобой наблюдают лучшие специалисты. И они сделают всё, чтобы в ближайшее время поставить тебя на ноги. Я разговаривал с твоим доктором и он даёт очень положительные прогнозы. Через пару недель ты сможешь отправиться домой.
- Хорошо. И что дальше?
- Дальше… Я принёс тебе кое что – достав из кармана мобильный телефон, он положил его рядом с девушкой на кровать – можешь звонить кому хочешь, если что-то понадобится, то звони Бласу. Он обещал присматривать за тобой до твоего выздоровления, т.к. я сегодня должен улетать обратно. А заодно обещал появиться здесь сегодня-завтра. Только особо не докучай ему, у него через две недели смотр. 
- Ладно. Это всё?
- Да. Пожалуй, да – Серхио внимательно посмотрел на Спиритто, ожидая её действий – может тебе что-то нужно сейчас пока я здесь? Там телевизор в палату или отдельное меню?
- Нет. Всё и так отлично. Я не смею вас задерживать.
- Тогда хорошо. Теперь ты знаешь как меня найти.
Поднявшись, мужчина обнял на прощание девушку и вышел из палаты. Как только дверь за ним закрылась, Марисса без сил рухнула лицом на подушку и закрыла глаза. Да что он только себе позволяет? Прийти сюда и прикинуться родным человеком, который просто так запросто может протянуть тебе руку. Нет, такого она себе просто не могла позволить. Откинув телефон в сторону, Спиритто снова уставилась в окно. За стеклом как обычно лил дождь. Воображение сразу подключилось и вот она уже гуляет под зонтом по небольшим улочкам, перепрыгивая через лужи, рассматривает всё, что только попадается на глаза. А заодно и не скрывает своих слёз, которых не было. Да, она пробовала каждый день исключать по одной таблетке из своего рациона, чтобы понять, где эта волшебная пилюля, но это всегда заканчивалось печально. В один из таких дней у неё дико разболелась голова, в другой подскочило давление, а потом врач заставлял пить её все таблетки при личном присутствии. В итоге смирившись с этим, она просто перестала думать о сложившейся ситуации, из которой выхода, казалось, просто не было. Была бы с ней рядом Лухан. Она бы точно подсказала, что можно сделать в подобной ситуации. От одной мысли о подруге, Спиритто подскочила с кровати и стала искать телефон, который куда-то делся. Найдя его под кроватью, она устроилась на стуле и открыла записную книгу. Первым номером в ней естественно оказался контакт самого Бустаманте. Затем шли номера Бласа, Пабло, Спиритто, который был непонятно для чего, а последним контактом оказалась Линарес. Выбрав её, девушка почти нажала на кнопку вызова, но остановилась. В душе появилась какая-то непонятная тревога. А что она ей сейчас скажет? Как она сможет ей помочь, находясь на таком расстоянии. А вдруг ещё сделает что-то не так и как обычно вляпается в историю из-за лучшей подруги? Поэтому, отложив телефон в сторону, Марисса легла обратно на кровать. 

Прошла ещё неделя. За это время девушка уже почти полностью пришла в себя. Силы окончательно к ней вернулись и ей даже разрешили ненадолго выходить во дворик вместе с остальными больными. Хотя в самый первый раз она чуть не устроила бомбёжку, когда в комнату зашла одна из мед.сестёр и протянула ей куртку. Восприняв это как дурной знак, Спиритто наотрез отказалась одеваться, и девушке пришлось целый час придумывать как объяснить чего же она от неё хочет. Свобода от этих четырёх стен оказалась такой нужной и полезной. Оказавшись на улице, Марисса всё-таки смогла вздохнуть полной грудью и понеслась к тому дереву с такой скоростью, с какой ей позволяла передвигаться трость. Как оказалось, в аварии она повредила связку на левой ноге и теперь эта дурацкая палка помогала пройти гораздо больше, чем она могла сделать это без неё. Оказавшись под зелёной кроной, девушка приземлилась на траву. Из-за больших грозовых туч сразу же показалось солнце, которое, видимо, улыбалось пленнице этого заколдованного царства, от чего у неё на лице появилась улыбка. В это время рядом с деревом появилась та самая девушка, которая вывела её гулять и с недовольством покачивала головой. Лишь пожав плечами в ответ, Спиритто улыбнулась ей и снова уставилась на небо.
После небольшой прогулки на душе стало светло и спокойно, чего было не сказать о физическом состоянии. Вымотавшись за эти полчаса до изнеможения, она лежала на кровати и готовилась немного поспать. Когда тело охватило лёгкое оцепенение, и оно перестало подчиняться разуму, перед глазами уже появились блестящие звёздочки, которые вели за собой в царство сна, раздался оглушительный звон. Подскочив на кровати, Марисса судорожно осмотрелась, пытаясь найти источник этого звука. Рядом с ней на тумбочке надрывался телефон. Взяв его в руки, она увидела, что какой-то незнакомый номер пытается установить с ней видео-контакт. Обрадовавшись, что Блас наконец-то вспомнил про её существование, она нажала на кнопку ответа и уставилась на экран. Через пару секунд на нём появилось изображение: сначала показалась комната, а затем в кадре появилась блондинистая макушка, которая активно дёргала камеру изо всех сил в разные стороны.
- Марисса, привет! Ты меня хорошо слышишь?
- Да – недовольно отозвалась девушка, когда в кадре появилась голова Пабло.
- Я так рад тебя видеть! – лицо парня озаряла счастливая улыбка – я хотел позвонить ещё раньше, но побоялся, что потревожу тебя.
- Ты и так меня потревожил. Вообще-то я спала.
- Извини, я не знал. Как ты себя чувствуешь? Отец сказал, что через неделю ты сможешь вернуться домой. Мы тут тебя все ждём. Наш курс уже готовит вечеринку в твою честь… Ой. Только я тебе не говорил об этом.
- Да, Бустаманте. Я всегда знала, что доверять тебе секреты это тоже самое, что объявить их по центральному каналу. Хотя спасибо. Я уж думала, что наша группа давно забыла о моём существовании.
- Ты что! Мия уже придумала кучу поводов, чтобы поругаться с тобой и выстроила словесную оборону к каждому варианту событий. Да и Лухан места себе не находит. Я дал ей твой номер, так что она должна тоже будет позвонить в ближайшее время.
- Спасибо. Передавай ей от меня привет и скажи, чтобы не волновалась.
Натянув на лицо улыбку, Марисса легла обратно на кровать и положила телефон перед собой. Почему-то взволнованное лицо Бустаманте вводило её в уныние и хотелось поскорее завершить этот разговор. Хотя раньше она просто мечтала, чтобы ей вот так кто-нибудь позвонил. 
- Марисса, ты как? – вывел из своих мыслей голос Пабло – ты там спишь что ли?
- Ааа… С чего ты взял? – открыв глаза, девушка взглянула на экран телефона.
- Ты молчишь уже минут десять вот я и решил поинтересоваться. 
- Ну, если ты такой наблюдательный, то зачем интересуешься?
- Просто подумал… Ладно. Отдыхай. Я перезвоню тебе попозже.
После чего телефон показал, что разговор закончен и включил блокировку экрана. Убрав его на тумбочку, девушка завернулась в одеяло и бросила взгляд на окно. «Вот придурок. И чего спрашивается только звонил. Если бы не он, то я бы уже давно спала».

Как показала практика – Пабло действительно не соврал. Он позвонил на следующий день в тоже самое время. И на следующий, и на следующий. И с каждым днём их разговоры становились всё дольше. Блондин старался делать всё, чтобы развеселить свою собеседницу. Каждый раз у него была заготовлена какая-то интересная история, пара шуточек. А, что больше всего радовало Мариссу, это то, что он не пытался выспрашивать у неё о случившемся. Хоть девушка и подозревала, что папаша ему и так уже обо всём поведал. Сегодня был пятый день их видео-вещания. Где-то за час до звонка, Спиритто уже крутила в руках телефон, постоянно проверяя связь или проценты зарядки. Когда до намеченного времени оставалось полчаса, она начала приводить себя в порядок. Расчесав волосы, она заколола их, а затем одела кофточку поприличнее из всех, что у неё были в палате. Обозвав это всё желанием показать, что у неё действительно всё хорошо, девушка улеглась на кровать и продолжила ожидать звонка. 
Когда сознание снова вернулось к ней, Марисса открыла глаза и посмотрела на телефон. С того самого момента прошло два часа, а звонка так и не было. «Ну, а что ты хотела, Спиритто? Этому папочкиному сыночку просто надоело с тобой возиться. Да и действительно, почему он вообще должен это делать? Он тебе ничего не обещал как некоторые». Тяжело вздохнув, девушка снова устроилась на кровати. Неприятный осадок из-за этой ситуации на душе всё-таки остался, и она постаралась выкинуть мысли о блондине из своей головы. Да ещё и левый бок начинал болеть из-за долгого лежания на нём. Потянувшись, девушка развернулась на другой бок и застыла, боясь пошевелиться. Её взгляд уперся в чьи-то колени, которые находились почти прямо перед её носом. Тихо, стараясь не спугнуть неизвестного гостя, она подняла голову и увидела перед собой молодого человека, который сидел на стуле и читал журнал, который, видимо, взял у неё на тумбочке. От неожиданности, Спиритто даже не сразу признала в нём знакомого человека: худощавый, одетый во всё черное, пряди волос, которые спадали на лицо и небольшая бородка.
- Блас? 
Позвала она его, стараясь скрыть удивление в голосе, но ей этого так и не удалось. Вздрогнув, молодой человек закрыл журнал и отложил его на законное место, а затем посмотрел на Мариссу. От одного взгляда на него по спине побежали мурашки: большие тёмные круги под глазами, усталость, которая выражалась во взгляде. Неплохо, однако, он изменился за эти четыре месяца пока они не виделись.
- Как ты себя чувствуешь?
- Нормально – его сухой тон застал девушку врасплох – спасибо.
- Тогда собирайся. Врач сказал, что ты уже можешь ходить. Да, надень заодно куртку, на улице дождь. Я подожду тебя в коридоре – после чего Эредиа поднялся и направился к двери.
- Но куда мы?
Но ответом послужила закрывшаяся дверь. Посмотрев на неё пару минут, Марисса села. Что вообще только что произошло? Казалось, что это просто игра её воображения и она до сих пор спит. Либо это был не Блас, а кто-то другой. Хотя бы просто потому, что он всегда ворчал на Пабло из-за его обильной шевелюры, а сейчас имел прическу как у самой Спиритто. Да ещё и этот командный тон. Его уж точно девушка не могла ему простить. Сменив шорты на джинсы, она накинула куртку и вышла из палаты. Молодой человек как и обещал ожидал её возле палаты, опершись о стену. 
- Идём. Я не собираюсь торчать здесь вечность.
- Может быть хоть ты объяснишь мне, что здесь происходит?
- Может. 
На улице действительно лил дождь. Раскрыв зонт, Блас довёл Мариссу до такси и назвал какой-то адрес. За всю дорогу пока они ехали, парень не проронил ни слова и даже не обернулся в сторону девушки, хотя она всю дорогу откровенно пялилась на него, рассматривая его новый внешний вид. Когда машина остановилась, Эредиа заботливо помог ей выйти и указал взглядом на небольшое здание, которое оказалось уютным кафе. 
- Ну и зачем мы здесь? – рассматривая помещение, поинтересовалась Мари, когда Блас уже листал меню.
- Наверное, для того, чтобы поесть. Тебе так не кажется?
- Ну, поесть я могла и в больнице. Или тебе так не кажется? – но передразнивание не принесло никакого эффекта, молодой человек просто проигнорировал его.
- Тогда можешь не есть. 
- Ну уж нет. Я что, зря в такую погоду выходила из больницы?
Отобрав у парня меню, она пробежалась по строчкам. Глаза сразу же округлились от удивления и дико захотелось стукнуть этого нахала – всё было написано по-немецки. 
- Может тебе помочь? 
- Нет, я уже выбрала – отдав меню обратно, Марисса ткнула пальцем в одну из строчек – что?
- Да ничего.
Пожав в ответ плечами, он сделал заказ. Когда официант удалился, между молодыми людьми повисла напряженная тишина. Каждый из них знал, что нужно начать этот сложный разговор, но никто не хотел быть первым. И, когда у молодого человека зазвонил мобильный телефон, девушка с облегчением выдохнула и стала наблюдать за ним. Сосредоточившись, Блас что-то сначала слушал несколько минут, а затем стал возражать. О чем он говорил и с кем, Спиритто так и не поняла, но зато её порадовало то, что он наконец-то ожил, т.к. с явной злостью в голосе кого-то отчитывал, а затем просто положил трубку.
- Что-то случилось? 
- Ничего такого. Просто через несколько дней концерт, вот все и волнуются.
- А ты?
- Что я?
- Ты сам волнуешься? – этот вопрос Мариссы поставил Эредиа в тупик.
- Есть немного. Но ничего страшного. 
В это время принесли заказ. Поставив тарелки на стол, официант поспешил удалиться. Глянув в свою тарелку, девушка немного зависла от увиденной в ней непонятной массы. Расковыряв всё блюдо, она обнаружила там картошку, грибы и капусту, которая странным образом сочеталась с какими-то сосисками. А с другого конца стола послышался тихий смех Бласа, который наблюдал за всей этой картиной. Подняв на него глаза, она нахмурилась.
- А я предлагал тебе свою помощь. Если хочешь, то давай поменяемся?
- Давай.
Сразу же выпалила Мари, посмотрев на свою любимую рыбу, которая лежала на соседней тарелке. Поменявшись с парнем блюдами, она принялась уплетать своё. После больничной еды казалось, что ничего вкуснее она просто не ела. 
- Спасибо. Ты спас меня от голодной смерти.
- Я специально выжидал время, чтобы ты проголодалась посильнее – улыбнувшись, Блас налил ей чай из небольшого чайничка – извини, что так долго не приходил. Я просто не мог этого сделать.
- Ничего. Это я тут прохлаждаюсь в отличие от некоторых, которые трудятся в поте лица и даже не находят времени на парикмахера. Хотя мне нравится. Наверное, местные девушки так и липнут, да?
- Наверное, местным девушкам так же фиолетово на меня, как и мне на них – Эредиа улыбнулся – вообще-то я хотел позвать тебя на концерт.
- Так зови. Кто тебе мешает это сделать? – на лице Мариссы появилась ответная улыбка.
- Зову. Марисса Спиритто, ты придёшь ко мне на концерт?
- Конечно, приду! Не могу же я пропустить такой позор.
Засмеявшись, девушка не сразу заметила, как собеседник переменился в лице. Успокоившись, она прикусила губу и невинно посмотрела на Эредиа, который выглядел расстроенным.
- Извини. Я не думала, что для тебя это настолько важно. Да и мне правда интересно, я ведь никогда не слышала, как ты играешь. 
- Тогда договорились. Хочешь чего-нибудь ещё?
- Да. Я хочу в зоопарк – после этой фразы парня передёрнуло, и Марисса схватила его за руку – что-то не так?
- Да, не так. Врач отпустил тебя на час, не больше, а мы тут сидим уже достаточно давно. Поехали.
Расплатившись по счету, молодой человек поймал такси. Всю дорогу до больницы Спиритто снова внимательно смотрела на него. И если раньше он был просто погружен в свои мысли, то теперь на лице парня выражалось беспокойство. «Неужели его так задел мой зоопарк? Или здесь что-то другое?». Когда машина остановилась перед больницей, дождь на улице барабанил с неимоверной силой, а до крыльца было довольно далеко. Молча вручив девушке в руки зонт, Эредиа выбежал из машины, а затем, открыв другую дверь, помог Мариссе выйти. Как только она твёрдо встала на землю и раскрыла зонт, он поднял её на руки и молча понес к зданию, игнорируя лужи на своём пути. 
- Спасибо – сунув руки в карманы, девушка переминалась с ноги на ногу, смотря на парня – ну я пойду?
- Да. Отдыхай. Я позвоню тебе.
Кивнув Бласу, она развернулась и направилась в сторону двери. Хоть путь от такси до здания составлял всего метров 100 и у них был зонт, дождь всё-таки успел сделать своё дело и Мари поёжилась от того, что край куртки успел намокнуть. А ведь Эредиа вообще прошёлся по паре луж, чтобы срезать путь. Но, решив не думать об этом, она взялась за ручку двери.
- Марисса!
Раздался сзади голос парня и она обернулась, сразу же попав в объятья. Крепко держа её, молодой человек дрожал, как ей показалось от холода, т.к. он действительно был весь сырой. Обняв его в ответ, Марисса прижалась к нему посильнее и уткнулась носом ему в плечо. Звук барабанящего по мостовой дождя стал ещё сильнее и, казалось, что это маленькие камушки просто падают откуда-то с небольшой высоты и ударяются о дорогу.
- Не плачь – прошептал Блас и, поцеловав девушку в висок, прижал к себе ещё сильнее.

Глава 3

Музыка нас связала
Тайною нашей стала
Всем уговорам твержу я в ответ
Нас не разлучат, нет




Шел третий час ночи, а парню всё никак не удавалось уснуть. Перевернувшись на живот, Джулиан накрыл голову подушкой и задержал дыхание, но звуки, доносящиеся с соседней кровати, не прекратились. Усевшись, он глянул на Бласа, который мирно спал, обнимая подушку, и что-то бормотал на своём языке. Единственное, что понял из всего этого парень – ему снилась его бывшая девушка. Схватив подушку покрепче, Эредиа улёгся на неё и стал тихо постанывать. Чуть ли не взревев от всего этого, Мюллер сжал край одеяла. В любой другой день он мог простить другу всё это, но не в день, когда должен был состояться смотр, и хотелось хоть немного поспать. 
- Ну, иди же сюда… - перешёл уже на немецкий Эредиа.
- Уже иду - прошипел Джулиан.
Встав, он стянул свою подушку и не особо соблюдая тишину, подошел к соседу. Тот даже не шелохнулся. Джулиан резко уселся сверху на Бласа, придавив всем своим весом того к кровати, и, зажав его руки коленями, он обрушил на его бедную голову всю свою ярость, размахивая подушкой как дубинкой во время драки.
Ничего не понимая, Блас инстинктивно хотел закрыть лицо руками, но это почему-то не удалось. Запястья как будто сковали стальные наручники. Неожиданно удары прекратились. Открыв глаза, он увидел перед собой черную пелену, которая полностью окутывала его с головой. Что-то тяжелое давило на него, из-за чего было невыносимо трудно дышать. Повернув голову набок, Эредиа попытался пошевелиться, но его еще сильнее впечатали в матрац, а по пальцам левой руки прокатилась волна боли. Сосредоточившись на своих ощущениях, молодой человек старался вырвать свое сознание из ночного кошмара, но тот не хотел отступать. Воздух уже свободно поступал, но Блас все еще находился в тисках. Сделав пару глубоких вдохов, парень расслабился, но груз, который давил на него не стал легче. 
Неожиданно то, что давило на Бласа, зашевелилось, а через секунду темная пелена растворилась, освобождая голову из плена. Оглядевшись, Блас смог рассмотреть и тяжкий, давящий груз. Сверху сидело застывшее в ожидании живое существо, в этом он был точно уверен, хотя силуэт и расплывался. 
- Чур меня! - испуганно прошептал Эредиа, когда воображение пририсовало силуэту рога, торчащие в разные стороны волосы и огромные эльфийские уши.
Силуэт хмыкнул и, неспеша наклонился, упираясь руками в подушку, и вглядывался в лицо Бласа. Закрыв глаза, Эредиа лихорадочно пытался припомнить хоть какую-нибудь молитву, которых он совершенно не знал. В голове метались мысли, рисуя кровожадный исход общения с чудовищем. Когда плеча коснулись мягкие волосы, а горячее прерывистое дыхание обожгло шею, он уже сам пытался вжаться в кровать, раствориться в ней.
- А ты меня так звал... - тихо промурлыкало чудовище.
Голос... Блас сразу же узнал своего соседа по комнате и резко подался вперед. От неожиданного движения, Джулиан не удержал своих позиций сверху Эредиа и свалился на бок. Воспользовавшись полученным преимуществом, Блас несколько раз сжал кулаки, разрабатывая затекшие пальцы, а затем схватил Мюллера за запястья и подмял под себя. Победный клич раздался по комнате, когда Блас торжественно уселся сверху чудовища, которое прервало его крепкий сон. 
- Ну, и что это было? – внимательно рассматривал он друга, который довольно ухмылялся.
- То, что ты хотел сам:«Джулиан, дорогой, не оставляй меня», – молодой человек попытался полностью скопировать интонацию Эредиа. – «Иди сюда!»
Мюллер попытался дотянуться до лица Бласа рукой. Вся эта ситуация просто выбила его из колеи и он, отпустив друга, попятился назад. Джулиан же потер запястье, которое саднило, и, усевшись на колени, потянулся за Эредиа. Загнав парня в угол, он взял его за плечо и улыбнулся, всматриваясь в лицо друга, которое выражало удивление и даже испуг. 
- Ну, ты что… Я же не кусаюсь,–оказавшись совсем рядом с молодым человеком, прошептал Джулиан, а затем, запустив пальцы в волосы Бласа, потянул его к себе. Чем меньше становилось расстояние между ними, тем больше расширялись глаза Эредиа, а улыбка на лице Мюллера становилась всё шире. А когда Джулиан почувствовал на своём лице обжигающее дыхание, он резко дернул товарища на себя и впился жадным поцелуем ему в губы. 
От происходящего молодого человека охватил ужас, и он оттолкнул от себя Мюллера, вкладывая в это всю свою силу. Сразу же послышался треск спинки кровати, в которую впечатался Джулиан, а Блас резко вскочил на ноги. Схватившись за голову, он почувствовал сильную боль, которая пульсировала в затылке, а затем перед глазами потемнело.

Проснувшись, Эредиа резко открыл глаза и сел, закрыв лицо руками. Дышать было тяжело, а сердце в груди колотилось так, словно он пробежал километров сто. Вытерев краешком одеяла пот со лба, он посмотрел на Джулиана, который мирно спал на соседней кровати, полностью завернувшись в одеяло. Что это было – сон или действительность? 
В комнате уже было светло, и солнце пыталось пробраться своими лучами в помещение, но запутывалось в плотных шторах, которые закрывали окно. Отпустив одеяло, Блас заметил, что пододеяльник порван. Это ещё больше ввело его в заблуждение. Поднявшись, он сел рядом с другом и потянул руку к плечу Мюллера, но задержался на несколько секунд.
- Джулиан, эй! – он потряс парня за плечо, на что тот издал пару каких-то непонятных звуков и отвернулся к стене, продолжая спать. – Ну, и черт с тобой!
Поднявшись, Эредиа взял в руки телефон и включил дисплей – почти восемь часов. До общего сбора оставалось три часа- как раз хватит времени, чтобы привести себя в порядок. Подойдя к уже собранному чемодану, он достал оттуда полотенце и смену одежды, а затем направился в душ.

- Пабло, хватит есть. Подожди отца, – Мора Бустаманте укоризненно посмотрела на сына, который жевал уже второй огурец и поглядывал на мясо, которое испускало аппетитный аромат с середины стола.
- Мама, его можно ждать до вечера. Кто знает, когда он закончит свой очередной «важный разговор»? 
- Ты же знаешь, что он решает вопрос перевозки твоих друзей. Или ты уже забыл о своём лучшем друге?
- Мама! – недовольно воскликнул блондин и резко поставил стакан с минералкой на стол. – Как у тебя только язык поворачивается такое говорить? Я уже даже продумал, как буду их развлекать, пока они не вернутся в колледж. Отец сказал, что для этого нужно оформить какие-то бумаги. И ты уже распорядилась на счет комнат.Их подготовили?
- Да, уже всё готово. И хватит таскать со стола всё, что под руку подвернётся! – отобрав у сына очередной огурец, женщина положила его обратно в тарелку. – Иди лучше позови отца.
- Ладно, чего так кричать-то?
Улыбнувшись, Бустаманте поднялся со стула и направился на второй этаж, где находился кабинет отца. Прерывать его не очень хотелось, ведь он, как обычно, начнёт возмущаться и рассказывать о том, как важны его переговоры, но иначе поесть сегодня не получится-мать с самого утра была не в настроении. Только ступив во владения второго этажа, до парня донёсся строгий голос отца, который явно был чем-то недоволен. И чем ближе молодой человек приближался к его кабинету, тем отчетливее понимал это. 
- Да, Блас, билеты и все документы будут у моего человека. Не беспокойся об этом, – услышав имя лучшего друга, Пабло прислонился к двери ухом, чтобы послушать, о чем Серхио будет с ним говорить.– Блас, послушай, я звоню не по этому поводу. Конечно, я должен был сообщить тебе раньше, но думал, что успею всё уладить. Я слишком поздно смог связаться со Спиритто, поэтому собрал документы на опеку только для тебя… - услышав это, Пабло замер и немного приоткрыл дверь, только отец почему-то замолчал.–Эредиа, успокойся! – от крика отца, Пабло вздрогнул и вцепился в ручку двери. – Ты умный парень и всё понимаешь. Поговори с Мариссой… Блас! Вот несносный ребёнок, весь в отца.
- Что ты… сейчас сказал? – распахнув дверь, блондин уставился на отца. – Что всё это значит?
- Пабло, сколько раз я просил не врываться ко мне в кабинет! – Серхио положил телефон на стол и, поднявшись, подошёл к сыну. – Обед уже готов?
- Повтори, что ты сказал! – преградив путь отцу, закричал парень, стараясь сдерживать гнев, который возник из ниоткуда. – Повтори!

Перепроверив все свои немногочисленные вещи в третий раз, Марисса подошла к окну и посмотрела во двор. Гуляющих пациентов ещё не было, т.к. было время обхода. Девушка уже второй день прощалась с этим небольшим двориком, ведь за этот месяц он стал для неё родным местом, где столько всего произошло. Удержаться возле окна больше трёх минут у неё не получилось и Спиритто, сев на кровать, снова стала проверять вещи в сумке. Волнение, которое она подавляла в себе, брало верх, ведь её выписали уже сорок минут назад, а человек, которого обещал прислать Блас, до сих пор не появился. 
«А если он совсем не придёт? Я ведь даже не знаю название колледжа, в котором учится этот придурок. Ну и что мне делать? Стоило же так попасть-то!» 
Облокотившись на сумку, Марисса дотянулась до тумбочки и взяла в руки телефон. Немного погипнотизировав номер Эредиа, она всё же нажала на вызов и приготовилась высказать ему всё, что думает, но включился автоответчик. 
- Тебе не жить! – злобно прошептала девушка и кинула телефон в сумку. Что только он себе позволяет? Играть с ней ему никто не позволял, а значит, кара небесная опустится на его голову, как только она встретит этого прохвоста. 
- Сеньоритта Спиритто?
Незнакомый голос вывел девушку из своих мыслей, и она подняла голову. Перед дверью по стойке смирно стоял невысокий мужчина в черном строгом деловом костюме и внимательно рассматривал её. А вот, видимо, и обещанный телохранитель Бустаманте, который почему-то отличался ото всех других его служащих.
- Она самая, – нехотя ответила рыжеволосая. – Я уж думала, что вы не придёте.
- Извините, пробки. Я поговорил с вашим врачом, он разрешил вам идти. Внизу ждет машина.
Подойдя к кровати, мужчина взял сумку и направился к выходу. Каждое его движение было отточено и, казалось, что он больше походит на робота, которым управляют, а не на живого человека. Поспешив за телохранителем, Марисса оказалась в большом черном джипе. «Ну, правда, всё в лучших традициях Бустаманте!»
- А куда мы едем? – переборов своё волнение, через пятнадцать минут пути поинтересовалась Спиритто, оторвавшись от окна.
- В салон красоты. Сеньор Эредиа пожелал, чтобы вы были при параде.

- Тебе опять? Ладно… - парень достал из пачки очередную сигарету. – Но это последняя. 
Кивнув в благодарность, Блас подкурил и вернулся на лавочку, которая уже стала родной за это утро. Волосы успели высохнуть после душа, что не скажешь о душе. После звонка Серхио, внутренний мир, который стал вот-вот приходить в исходное состояние, снова перевернулся, разрушив и без того хлипкие постройки. Разум опять отказывался воспринимать происходящее, и парень строил одну гипотезу за другой, стараясь придумать, как избежать сложившейся ситуации. Позволить отправить Мариссу в приют он не мог. Это было сродни гибели, ведь эта девушка единственный близкий человек, который у него остался. 
- Поговори с ней, расскажи, – вкладывая в каждое слово всё отчаяние, которое накопилось, Блас выплёвывал их наружу. – Добей человека, который только что встал на ноги и учится ходить заново! Какое благородство, черт возьми!
Вскочив, Эредиа пнул лавочку и сжал кулаки, позволяя гневу хоть немного выйти наружу. Из кармана послышалась тихая мелодия, и он вынул телефон. Руки сильно дрожали, что привело парня просто в неописуемый восторг – через несколько часов у него смотр, а играть в таком состоянии он явно не сможет. Телефон продолжал разрываться и, даже не нужно было гадать, кто ему названивает. Сбросив звонок, Блас закрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов, а затем направился в общежитие. 
До самой комнаты телефон звонил не прекращая. Схватившись за ручку двери, молодой человек распахнул её, готовясь наброситься на друга, но застыл с открытым ртом. Джулиан сидел на кровати, довольно уминая пирожки, которые лежали рядом с ним в пакете, и щелкал на кнопки своего девайса. 
- Да неужели! – в голосе Мюллера отчетливо слышалось раздражение. – Явление Христа народу. Эредиа, ты совсем выпал из реальности? Нам выезжать через полчаса, а ты даже не ел! Или ты не помнишь про смотр? И где ты вообще был?
- А это ещё тут откуда? – не особо прислушиваясь к истерике товарища, Блас подошёл к своему костюму, который висел на ручке шкафа и оглядел его. Он его сюда не вешал, да и вообще обыскался его за последние дни. При более близком рассмотрении вещи оказались тщательно выстираны и отпарены. – Джулиан!
- Что? 
- Тво… - развернувшись, парень был готов порвать друга на мелкие кусочки, но вместо этого ему сунули в рот пирожок. Джулиан же стоял рядом, сложив руки на груди, и довольно улыбался. Немного растерявшись, Блас посмотрел на него, хлопая глазами, а затем всё-таки откусил кусочек и тщательно начал пережевывать. От одного только аромата, который витал в комнате, желудок напомнил о себе, что кушать действительно нужно. 
- Так-то лучше, – рассмеялся парень, глядя, как Эредиа потянулся украдкой за третьим пирожком, и продолжил возиться с галстуком, который никак не поддавался. – Но мама просила передать, что обиделась на тебя. Она так хотела порадовать бедного мальчика, которого здесь никто не кормит. Она даже сделала твои любимые пирожки!
- Ты и сам отлично с ними справляешься, – умяв четвёртый пирожок, Блас поудобнее устроился на кровати, обняв подушку. – Слушай, я тут подумал. Может ну его, этот смотр? Всё равно завтра уезжать…
После этих слов Мюллер застыл на несколько секунд, видимо, переваривая слова друга. Галстук, который он завязывал, медленно выскользнул из руки и упал на пол. Плюнув на свой предмет гардероба, Джулиан медленно направился к стоящей рядом кровати, и, схватив с неё подушку, бросился к Эредиа, а затем обрушил на его голову пару ударов, в которые вкладывал всю свою силу.
- Да понял я, понял, – простонал молодой человек, когда друг уже почти сидел на нём и махал подушкой, попадая везде, куда только дотягивался. – Я поеду.Поеду. Хватит!
- Точно? – нахмурив лоб, поинтересовался Мюллер, держа подушку над головой.
- Точно, – немного отведя руки от лица, ответил ему Блас и вжался в кровать, т.к. в голове промелькнули события ночного кошмара. Но вместо того, чтобы лезть к нему с поцелуями, Джулиан встал, отбросив подушку в сторону, и поднял с пола галстук.
- Я не понял, почему ты ещё сидишь! – подпрыгнув от крика соседа по комнате, парень встал с кровати и взял в руки костюм. Вся эта встряска хоть и пошла ему на пользу, но теперь к трясущимся рукам добавилась головная боль.

- Какой ужааааааас! – Марисса ткнула пальцем в зеркало, вглядываясь в своё отражение. –Мия бы просто извелась от зависти. Только есть одно маленькое «но» - я не Колуччи!
Но отражение в ответ лишь также показывало пальцем на Спиритто, говоря ей, что всё не так уж и плохо. Волосы были аккуратно собраны в хвост и лишь несколько прядей спадали на лицо. Лёгкий, естественный макияж выделял и без того огромные глаза девушки, а фиолетовые ногти сочетались с цветом небольшого цветка на заколке. И только лишь платье портило всю картину происходящего, как ей казалось. Неприлично короткое, жутко узкое, да ещё этого противного бледно-сиреневого цвета, который был сейчас не в моде.
- Да пусть он сам такое носит! – оторвавшись от зеркала, Марисса попыталась нащупать собачку, чтобы расстегнуть молнию и переодеться в нормальную одежду. – Что этот придурок только о себе возомнил! Я ему девушка легкого поведения что ли, чтобы так одеваться? Пусть свою выдру крашеную заставляет такое носить! Идиот, – дальнейший всплеск негодования был прерван стуком в дверь и девушка сердито крикнула:– Входите!
- Сеньорита, вы готовы? – в комнате появилась голова переводчика, который, увидев Мариссу, приоткрыл рот.
- Ещё нет. Сейчас вот только переоденусь.
- Сеньорита, Блас просил привезти вас именно в этом наряде и я выполню его просьбу, – войдя в комнату, мужчина положил на кровать какую-то коробку.
- А может, вы не будете решать, что мне делать? Здесь не мэрия, чтобы раздавать свои ценные указания. И это ещё что? – сорвав крышку с коробки, у Спиритто глаза на лоб полезли от увиденного, а затем она вынула черную туфлю на высоком каблуке. – Может мне ещё в них до китайской границы сбегать и обратно?
Откинув туфлю, Марисса уселась на кровать, пытаясь выровнять дыхание, которое сбилось, и отшвырнула коробку в сторону. Мужчина тем временем, сложил обувь обратно в коробку и поставил её на стол. От одного взгляда на него, девушка поняла, что если бы он имел право говорить, то начал бы читать нотации, от чего она лишь фыркнула и отвернулась. 
- Сеньорита, не сочтите за грубость, но на вашем месте я бы выполнил просьбу. Бласу нужна ваша поддержка, – открыв дверь, переводчик уже хотел выйти из номера, но остановился в проёме.–И к мэриии, как вы сказали, я не имею никакого отношения. Я личный переводчик сеньора Эредиа. И знаю Бласа с самого детства, – вздохнув, мужчина перевёл дух и продолжил уже уверенно и твёрдо:– У вас есть двадцать минут, после чего я буду ждать в холле.
Когда дверь закрылась, рука девушки потянулась в поисках какого-нибудь предмета, чтобы швырнуть его вслед этому всезнайке, но подходящего поблизости не оказалось, поэтому она упала на кровать и закрыла глаза. Вот и ещё один идиот нарисовался в её жизни, который знает что и как лучше делать. Видите ли Бласику нужна её поддержка. Только когда это поддержка стала выражаться в коротком платье и огроменных каблучищах? Ладно, хоть не размалевали как бабу в перьях на параде. Немного успокоившись, Марисса поднялась и вернулась обратно к зеркалу. Теперь на неё смотрела немного растрепанная, помятая и растерянная девушка. Попытавшись вернуть хвост в исходное состояние, она окончательно испортила его и распустила волосы, которые мягко легли на обнаженные плечи, прикрывая их. После этого платье сразу же заиграло цветом и перестало выглядеть так, будто его покупали для прогулки по ночной трассе. Поправив его и немного разгладив, девушка убедилась в этом ещё больше. Улыбнувшись своему отражению, Спиритто поняла, почему Блас решил выбрать именно его. Только вот был один маленький минус – в образе чего-то не хватало. Подойдя к столу, она раскрыла коробку и взяла туфли. Немного покрутив в руках, Марисса всё-таки надела их и сделала пару шагов. Покачнувшись от такой непривычной высоты, она схватилась за стену, а затем подползла к зеркалу. 
- Марисса Пиа Спиритто, да вам хоть сейчас на сцену! - радостно сообщила она, указав пальцем на отражение, а затем подняла с пола резинку. После небольшого колдовства, над ухом из зачесанных волос показывался маленький еле заметный цветочек, который завершил образ. Развернувшись к зеркалу спиной, девушка взглянула в зеркало, оценивая вид сзади. – Ну, что ж, Эредиа. Вот только попробуйте теперь сыграть плохо.

В небольшой комнатке раздавался весёлый громкий смех. Мужская часть группы проживала свои последние минуты, ведь этот смотр обещал разделить их жизнь на «до» и «после». Каждый из них волновался, каждый желал отличиться, да и, в конце-то концов, получить свою заслуженную хорошую оценку. А заодно понравиться импресарио, который якобы должен был присутствовать в зале. 
- Блас, хватит! Или иди прихорашиваться к девчонкам.
После едкой подколки одного из ребят парни снова залились смехом. Блас же продолжил стоять перед зеркалом и упорно зачесывал волосы, чтобы сделать хотя бы хвост. Но получалось у него это плохо. Из-за того, что он не подумал уложить их после душа, а позволил ветру и солнцу выполнить работу фена, волосы вились и не хотели лежать ровно, а если у него получалось добиться нужного результата, то сразу же возникала какая-нибудь другая проблема. После очередной провальной попытки уже захотелось всё бросить, но в голове предстал образ преподавателя практики, который чуть ли не грозился убить парня, если тот выйдет на сцену лохматым. Помотав головой, чтобы хоть немного прогнать тяжелые мысли, которые не прекращая лезли в голову, Эредиа почувствовал прикосновение к своей руке, а затем его дернули и он по инерции направился в сторону раздражителя. Только оказавшись на стуле, он увидел перед собой Джулиана, который улыбался чуть шире обычного, что выдавало его волнение, а рядом с ним стояла одногруппница, которая с интересом его рассматривала. 
- Я привёл тебе помощь! – радостно отозвался Мюллер и, выхватив расческу из рук друга, сунул её девушке.
- Да я бы и сам справился.
- Ты бы справился… к завтрашнему утру. 
- Мальчики! – прикрыв ладошкой рот Джулиану, девушка кивнула в сторону. Демонстративно отвернувшись, молодой человек направился к веселящимся товарищам, а Блас лишь поморщился. –Может, я всё-таки помогу?
- Ну, раз уж пришла, то помоги.
Но удивлению парня не было предела, когда девушка улыбнулась и пошла в противоположную от него сторону и остановилась рядом со столом. После такого он точно уже никуда не успеет, да ещё остался и без орудия труда. Плюнув на всё, он немного пригладил волосы руками и собрал хвост. Но счастье оказалось недолгим. Блондинка вернулась к нему и, встав за спину, распустила получившуюся конструкцию. И почему из такого многочисленного разнообразия шатенок, брюнеток и даже рыжих из их группы, Джулиан привёл именно блондинку? Зато теперь хотя бы становились понятны вкусы друга, который изредка косился в их сторону с обиженным выражением на лице. Только вот Бласу было абсолютно не до этого. Перебирая в воздухе пальцами свой номер, техника которого была доведена до автоматизма, он пытался отогнать от себя мысли о Мариссе. В глубине души закралось такое маленькое, но достаточно противное чувство, которое скреблось и твердило, что девушка не придёт. 
- Эээээй!
- Мари…? – Блас поднял голову, когда почувствовал, что его трясут. Но вместо Спиритто рядом с ним стоял обеспокоенный Джулиан и пристально рассматривал, от чего хотелось раствориться в воздухе. – Чего тебе?
- Да ничего особенного, просто мне выходить через четыре человека.
Взяв стул, Мюллер сел рядом с другом, который смотрел на него огромными удивленными глазами, явно ничего не понимая. Улыбнувшись, он развернул голову Бласа, показывая, что помещение почти пустое и здесь кроме них осталось всего два человека. Эредиа же схватил парня за руку и посмотрел на его часы – прошло уже полтора часа с начала концерта. Как такое могло произойти? Вскочив со стула, он стал прохаживаться по комнате из стороны в сторону, давая усталым мышцам прийти в форму. В третий раз, делая петлю вокруг стола, молодой человек остановился, напрягся от какого-то нехорошего предчувствия, а затем ринулся к зеркалу. 
- Стой!
Вцепившись в руки Бласу, Джулиан старался удержать друга, который активно вырывался с намерениями разворошить то, что творилось у него на голове. Вместо желаемого хвоста волосы были зачесаны назад и залиты лаком или что там с ними сделали еще, в чем он совсем не разбирался. Но факт был в том, что он теперь был похож на пингвина, в своём черном костюме, и не хватало лишь только рыжих ласт вместо ботинок. 
- Да успокойся же ты! Блас! - навалившись на Эредиа, Джулиан вцепился в него мертвой хваткой, стараясь полностью перекрыть другу возможность делать какие-либо резкие движения. Когда жертва всё-таки сдалась на его милость и успокоилась, Мюллер почувствовал, что парень весь дрожит и эта дрожь передаётся и ему. – Да не волнуйся ты так. Всё равно завтра уезжаешь.
После чего парень выпустил товарища, согнувшись от боли в боку, и опустился на пол на одно колено. Блас в это время грозно навис над ним, поджигая взглядом. Когда боль немного отпустила, Джулиан поднял голову, чтобы посмотреть в глаза своему обидчику и возмутиться. Тот смотрел с такой ненавистью, что Джулиан не смог произнести ни слова. Эредиа тоже не особо спешил изливать свою душу, а потом просто взял и молча вышел из помещения, громко хлопнув дверью.

Слушать это треньканье оказалось ещё большим мучением, чем себе представляла Марисса. Девушке казалось, что с начала концерта прошло дня три, не меньше. И если первые два выступления она внимательно слушала, старалась понять, о чем говорит музыка, то потом это просто стало невыносимо скучно. Особенно, когда вышла очередная девушка, и стала играть тоже самое, что играл первый человек. Поэтому, поудобнее устроившись в кресле, и, прикрыв ноги сумкой, она решила немного поспать. Когда дрема, наконец, соизволила прийти к ней, по роялю кто-то ударил так, будто хотел его сломать, и Спиритто открыла глаза, чтобы посмотреть на своего спасителя. Но за инструментом сидел молодой человек, выдерживая небольшую паузу, а затем принялся играть. Снова закрыв глаза, Марисса попыталась вернуться в то блаженное состояние, из которого её вырвали, но эта громкая, надрывная музыка не давала сосредоточиться. Казалось, что по залу марширует полк солдат и вот ещё мгновение, и они начнут кричать «ура» и приветствовать зал вместе со своим создателем. Наконец, люди зааплодировали, и девушка смогла спокойно вздохнуть. 
- Лист Ференц «Утешение», - раздался усталый голос ведущего со сцены. – Исполняет Блас Эредиа.
Услышав имя, Спиритто открыла глаза и подскочила с кресла, уронив сумку. Люди, сидящие рядом, сразу же зашептались, а переводчик, который сопровождал её все это время, усадил обратно. Наконец, на сцену вышел Эредиа и встал по центру, смотря в зал. Было видно, что парень сильно напряжен и взволнован. Отвесив небольшой поклон, он стал отходить спиной к инструменту, явно что-то высматривая, и Марисса помахала ему рукой. 
- Черт! 
Тихо прошептала она, заметив на лице Бласа горькую ухмылку – значит, не заметил. Сев за инструмент, молодой человек расправил плечи и положил ногу на педаль. По спине рыжеволосой сразу же забегали мурашки. Ей казалось, что это она сидит там, на его месте, хотя причин так волноваться за него не было. Наконец, молодой человек положил руки на клавиши и начал играть. Тихая, несмелая мелодия поплыла по залу, как бы извиняясь за своё присутствие здесь, за то, что хочет рассказать свою историю. Постепенно музыка становилась громче и увереннее. Но она не была такой же настырной как у других. Она спрашивала разрешения, чтобы проникнуть к тебе в душу. И, закрыв глаза, девушка разрешила ей войти. Вихрь звуков заключил её в свой кокон и перед глазами поплыли яркие картинки. Большое поле с цветами, которые сверкали разными красками, приглашали её к себе, и девушка шла к ним. Легкий ветерок, развивал её волосы, освежая в жаркий летний день. Ступая босыми ногами по земле, она чувствовала свою связь с миром, что она всё ещё живой человек, не смотря ни на что. Закружившись, Марисса вдохнула полной грудью, а затем легла на землю, в объятия маленьким, разноцветным существам, которые укутали ее, словно в одеяло, и пели ей свою песню, которая с каждой секундой становилась тревожнее. Вдруг, мелодия как будто дёрнулась, взвыла и стала надрывно рыдать. После чего Марисса оказалась по колено в воде, а поле исчезло. Осмотревшись, она поняла, что стоит на входе небольшого озера, а за её спиной раскинулся песчаный пляж. Находиться в этой воде почему-то не было особого желания, и она двинулась в направлении песка, но, сколько она не шла, земля всё не приближалась. Остановившись, перевести дух, девушка стала всматриваться вперёд, чтобы понять, что происходит, но начало твориться что-то странное. На берегу появлялись какие-то фигуры, которые приобретали очертания людей. «Соня! Это же Соня!» пронеслось у неё в голове, а через несколько секунд фигуры стали четкими: перед ней действительно стояла Соня обнимая Матео, и они радостно махали ей.
- Мама! Мамочка!
Крикнула Спиритто и побежала вперёд. Но земля всё равно не приближалась. Не удержавшись на ногах, она упала в теплую воду, и брызги разлетелись в разные стороны. От досады и обиды из глаз сразу же покатились слезы, ведь они так близко, только руку протяни, а она не может ничего сделать. Уже захлёбываясь в слезах, девушка полностью рухнула в воду, и она поглотила её, окутав светлой дымкой. Вокруг зазвучала тихая, спокойная музыка, которая начала затягивать раны на её душе. Почувствовав прикосновение, девушка открыла глаза и увидела перед собой улыбающуюся мать, которая держала её в своих объятьях, а рядом сидел Матео и радостно улыбался ей. Не веря своему счастью, она бросилась обнимать их, а из глаз безостановочно катились слёзы, но уже от счастья. Пара же, ласково принимала её, отдавала ей всю свою любовь. Устроившись в объятьях матери, Марисса осмотрелась и поняла, что они находятся дома, в родной гостиной, а на столике стоят чашки с чаем, над которыми поднимается пар. Дотянувшись до одной из них, она протянула её Эредиа, а затем, взяв вторую, отдала её матери. Соня лишь улыбнулась в ответ и девушка почувствовала, что та просит её, чтобы она была счастлива, хоть женщина ничего не говорила. Тут музыка снова сменилась, снова превратилась в робкую, скромную девушку, которая извиняется перед тобой за то, что отняла у тебя столько времени и теперь ей нужно бежать. Оборвавшись, она повисла гробовой тишиной, создавая пропасть под ногами, но всё равно продолжала звучать где-то внутри. Прозвучал последний аккорд и пропасть растворилась. 
Распахнув глаза, Марисса увидела Бласа, который до сих пор держал руки на рояле. Сама же она немного неуверенно стояла на высоких каблуках. Когда же девушка успела подняться, она не знала, но сейчас её никто за это не осуждал. Люди, присутствовавшие в помещении, сидели, словно статуи, в полной тишине. Неужели они не оценили, не увидели то, что видела она, и этот странный марш, который звучал ранее, был лучше? Руки сами собой потянулись друг к другу, и она громко захлопала в ладоши. Зал, словно очнувшись от вечного сна, стал повторять ритмичные движения за девушкой и разразился громкими аплодисментами. 
Боясь обернуться к залу, молодой человек прерывисто дышал, пытаясь удержать себя в сознании, ведь перед глазами всё плыло. Приятная усталость разливалась по телу, вытесняя эмоции, которые ушли вместе с музыкой. Тут за занавесом показался учитель, который жестами показывал ему, что пора вставать. Оторвав пальцы от рояля, Блас поднялся на ноги, которые казалось, не дадут ему сделать и пары шагов, а нужно ещё выйти на финальный поклон. Устремив свой взгляд в зал, он застыл на фигуре девушки, которая стояла и радостно аплодировала ему, придавая уверенности. Поэтому, смахнув слёзы с глаз, он направился к краю сцены.







 

 



Создан 18 фев 2014



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником